Боль родственников бойцов, пропавших без вести, не почувствовали ни судьи, ни силовики

12 февраля судья Евгения Морозова признала "дискредитацией использования Вооруженных сил" публикацию на IvanovoNews обращения родственников пропавших без вести, где 17 россиян просили помощи в поиске своих мужей, сыновей и братьев и присудила штраф главному редактору Сергею Кустову в размере 100 тысяч рублей.
15 апреля судья Матвеев, обнаружив ворох ошибок в постановлении Морозовой и фактически не найдя в обращении родственников дискредитации как таковой, оставил постановление в силе. 
Исходя из текста постановления судьи МОРОЗОВОЙ и решения судьи МАТВЕЕВА следует, что судьи рассматривали не журналистский текст, а крик и боль родственников бойцов, пропавших без вести.

Двое бравых военных, которых, вероятно, очень задела критика от родственников пропавших бойцов, оказались для суда правы во всем без всяких доказательств, а жены, матери, сыновья и отцы - ни в чем не правы, хотя о своих родных они так ничего и не узнали.

Несмотря на угрозы Митрейкина и Курчанинова, несмотря на штраф и угрозы уголовным делом главному редактору, IvanovoNews вновь публикует фамилии бойцов, которые пропали без вести и которых разыскивали родственники и повторяет их жалобу в адрес верховного главнокомандующего: 

Родственники военнослужащих 98-й воздушно-десантной дивизии записали видеообращение, в котором просят сообщить о судьбе их близких.
В частности, в видеообращении говорится: "Многие населенные пункты заняты российскими войсками. Но о наших бойцах ничего не известно. *** Военные части и военкоматы не отвечают на наши запросы... Поэтому мы составили коллективное обращение"
Каждое обращение заканчивается словами "Просим оказать всяческое содействие в поисках и эвакуации наших родных домой..." (публикуются фото тех, кто говорит о них в обращении):

- Тюменцев Дмитрий Владимирович, числится без вести пропавшим со 2 июля 2024 года. Родственникам передали информацию о том, что он погиб 27 мая 2024 года при выполнении боевого задания в зоне СВО. Его разыскивает сестра и отец.

- Захаров Александр Евгеньевич, , без вести пропавшего 2 июля 2024 года в зоне боевых действий. Его разыскивает мать. 

- Гуляев Сергей Валерьевич, ушел на боевое задание 9 августа в направлении Часов Яр, имеет статус без вести пропавшего. Его разыскивает сестра.

- Булгаров Замир Исаевич,  со 2 августа 2024 года числится без вести пропавших. Его разыскивает жена. 

- Сидоров Владимир Александрович, пропал без вести 3 мая 2024 года. Ищет жена. 

- Камаридзе Сергей Георгиевич, не выходит на связь с 10 сентября. Ищет сестра

 
- Орехов Александр Дмитриевич, без вести пропал с 31 августа. Ищет отец.

 
- Горбунов Денис Сергеевич, пропал без вести 20 сентября. Ищет сестра.

- Рязанский Степан Юрьевич, пропал без вести 22 августа в зоне боевых действий. Ищет сын. 

- Землянов Ярослав Олегович, пропал без вести 15 сентября. Ищет жена

- Парушкин Юрий Алексеевич, пропал без вести 20 сентября. Ищет мать.

- Сосин Андрей Васильевич, пропал без вести 2 августа при выполнении боевых задач. Ищет дочь. 

 
- Шагеев Рамиль Римовича,  пропал без вести 9 августа. Ищет жена. 

- Потапов Николай Сергеевич, пропал без вести 13 августа, ищет сестра. 

- Цыбулькин Андрей Владимирович, пропал без вести 2 августа. Ищет мать.

КСТАТИ. 
14 февраля на сайте Кремля было опубликовано поручение Президента РФ Владимира Путина в адрес Министерства обороны: 
"Представить предложения о совершенствовании механизма поиска военнослужащих, пропавших без вести в период участия в специальной военной операции, и поддержки членов их семей. Срок - 1 апреля 2025 года".
Ответственным назначен министр обороны РФ Андрей Белоусов.

Надо сказать, что еще в марте 2023 года в Совете Федерации признали, что люди, которые оказались в «ущербном положении» — это без вести пропавшие бойцы и их родные.
Теперь вот крик родственников дошел до Путина.

Однако подполковник МИТРЕЙКИН, полковник КУРЧАНИНОВ, капитан БУЙЛОВ, прокуроры ТРОФИМОВ и АРЕФЬЕВ, судья МОРОЗОВА  и судья МАТВЕЕВ боль родственников почувствовать не смогли и расценили их слова исключительно как дискредитацию использования Вооруженных сил.