В нашей области отказались от идеи передавать машины «скорой помощи» на обслуживание в частные фирмы - слишком рискованно. Но и автомобили, полученные больницами 5-6 лет назад по нацпроекту «Здоровье», приходят в негодность. Наш корреспондент отправился в обычную станцию «Скорой помощи» в Шуе, чтобы спросить у водителей и механиков, как они спасают своих «железных коней», чтобы врачи спасали человеческие жизни.
Отдать машины ивановской «Скорой» на аутсорсинг, то есть в частные руки. Речь об этом зашла в прошлом году. Идея федеральная и по замыслу должна быть реализована и в Ивановской области. Уже в 2013 году начальник регионального департамента здравоохранения Михаил Ратманов подчеркивал теоретические плюсы: экономия средств областного бюджета, обновление автопарка. Однако уже тогда относился скептически к ноу-хау. Сегодня и вовсе отмахивается: пока я жив, забудьте. Уж слишком показательны примеры соседей-эксперим
По нормативам на 10 тысяч населения должна быть одна бригада «Скорой помощи». По бумагам в каждом муниципалитете, в общем-то, так и получается. Если не учитывать одно «но» - половина транспорта изношена почти на 100 процентов.
Шуйская «Скорая». Ничем особо не отличающаяся от других. В штате - 9 машин. Одна - условно на ходу. Как здесь говорят: до колокольни - и обратно. Другие доживают или уже пережили свой пятилетний срок службы.
Алексей Тереничев, главный врач Шуйской станции "Скорой помощи": «Автомобили у нас не самые лучшие. Они поступали только по нацпроекту «Здоровье». Они все пришли в негодность. Потом поступали за счет областного бюджета. У нас сегодня из 8 автомобилей 3 в очень плохом состоянии. Этим автомобилям - 8-7-6 лет. Они постоянно требуют ремонта, вложений».
«УАЗики», «Газель» и «Фиаты». У каждого свой характер. Например, иномарки из-за качества наших дорог по весне могут некоторое время простаивать, клиренс низкий. Национальные особенности учитывает только «УАЗ».
Александр Ушаков, водитель Шуйской станции "Скорой помощи": «Конечно, это «УАЗы» наши. По нашей местности - они в деревнях лучше проходят. Дорог нет, на окраинах у нас дороги плохие. Весной, зимой… Так что «УАЗы» у нас с давних времен, лучше машины нет».
У механиков с водителями мнения расходятся. «УАЗик» пусть и самый проходимый, но и изнашивается быстро. А когда хоть одна машина встает на прикол, время ожидания пациентом медбригады увеличивается.
Иван Закорюкин, механик Шуйской станции "Скорой помощи": «Да машины-то надо посовременней, конечно, поудобней. Поэтому «УАЗики», конечно, прошлый век. «Газелька» - машина хорошая, но не очень надежная, слабенькая по ходовой. Вот хороший автомобиль «Фиат». Но они очень дорогие в обслуживании. Мы их бережем, как зеницу ока, они нас спасают очень здорово. Реанимация и перевозки в Иваново, на дальние рейсы - только «Фиаты».
В «Скорой» - три класса автомобилей. Класс С - считайте, реанимационное отделение стоимостью в 3 миллиона рублей. В Шуе таких машин две, им 4 и 6 лет. Они уже сами переживали клиническую смерть - капитальный ремонт двигателей. Класс Б - это авто-палата: есть врачебное оборудование, но нет реанимации. И самый распространенный - класс А - машина-коридор, внутри носилки и сиденья. Переданный областью автомобиль не дотягивает и до класса А. Совсем нет начинки, и, что главное, - спецсигналов. Но для каждой «Скорой» - это дополнительная рабочая лошадка. Хотя и с сомнительным комфортом.
Сергей Нестеров, водитель Фурмановской "Скорой помощи": «По комфорту ничего хорошего не могу сказать. Единственное, что теплый автомобиль и проходимый, а нам, в принципе, это и надо в деревне. Ничего здесь нет. Единственный плюс: сделали хоть гидроусилитель руля. Хоть какой-то плюс водителю. А так-то старые машины - они без гидроусилителя и руль практически повернуть невозможно. За смену-то нарулишься по 200-300 километров. Домой приходишь - руки отваливаются».
«Газель» для санитарных нужд получили и районные ЦРБ. Механизм, понятно, еще не отработан. Но, как утверждают главврачи, новые авто прежде всего будут служить верой и правдой пациентам из отдаленных сел и деревень.
Алексей Щербаков, главный врач Шуйской ЦРБ: «Раньше родственники пациентов и фельдшеры акушерских пунктов испытывали проблемы с доставкой пациентов на стационарные базы для амбулаторного лечения. Сейчас это упростилось. Появляется информация, что пациент требует экстренной госпитализации или экстренного осмотра специалиста, сразу отправляется автомобиль и привозит его сюда».
Михаил Ратманов, начальник областного департамента здравоохранения: «Кроме того, на этих автомобилях будут работать выездные бригады врачей, которые будут работать и на ФАПах, и в офисах врача общей практики, и в небольших центральных районных больницах. Именно оснастив больницы транспортом, мы стараемся ликвидировать тот дефицит персонала на ФАПах, который присутствует в настоящее время».
Основной источник финансирования больниц и станций «Скорой помощи» - фонд обязательного медицинского страхования. Но сложная ситуация с транспортом заставила главу региона Павла Конькова выделить средства из областного бюджета.
Павел Коньков, врио губернатора: «Это подтвердил на совещании и Министр здравоохранения: неудовлетворенно
Техника - техникой. Еще одна проблема - в тех, кто ее обслуживает. В районах водители той же «Скорой» не получают и 10 тысяч рублей. Никакие федеральные надбавки их не коснулись. Жалуются, ропщут, но ничего не меняется. Говорят, не до жиру, быть бы живу - самим и пациентам, за которых и они в ответе.
Дарья Костина, Армен Маркарян, Кирилл Маршов, программа «Губерния. Итоги»