Шутят, балагурят и даже слегка хулиганят артисты музыкального театра. Они заняты сейчас в репетициях балета «Двенадцать стульев» по мотивам одноименного романа Ильфа и Петрова. Постановка позиционируется как авантюрная, и авантюризм присутствует уже в методике воплощения замысла. Так, роль мадам Грицацуевой исполняет мужчина, в малолетних беспризорников перевоплотятся ученицы балетной школы. Наш корреспондент побывал на авантюрной репетиции.
Рассказывать о балете - все равно, что танцевать об архитектуре. Тем более, если речь идет о Бендере и бендеровцах. Ивановцы готовы рискнуть и средствами музыки и пластики пересказать вечно смешную историю про всех нас. Серьезная роль отводится звукоряду - канву 12 картин, из которых состоит постановка, составляют мелодии из фильмов Гайдая, Захарова и других классиков советского кино. Эта музыка сама по себе - источник позитива для тех, кто родился до 1991 года.
Это танец воплощенной в плоть, кровь и пуанты памяти Кисы Воробьянинова и Елены Боур. Воплощать в силу идейности и полной бездуховности первоисточника пришлось многое. Ведь блюдечко с небезызвестной каемочкой и брильянты - это мечты разного сорта. Например, диссонансы в отношениях Эллочки-людоедки с уже почти бывшим мужем передаются через сплетенье рук, сплетенье ног.
Это конгениально. В ивановском балете словарный запас Эллочки Щукиной еще меньше, чем в романе Ильфа и Петрова. Ровно ноль слов.
В па-де-де имени мускулистого отца Федора и расхристанной матушки будут четыре двуногих брильянта в кокошниках, в случае с Кисой диаманты станут просто блистать. Но такие детали появятся на генеральной репетиции. Сейчас все по-простому. Состав, кстати, блещет весь. Даже эпизодическую Елену Боур будет играть народная артистка Ирина Ситнова.
«У меня любовь к Кисе. С юности. И вот у меня будут сцены с Кисой. Это надо смотреть. Все это обрамлено музыкой. Прекрасной. Вы знаете эту музыку и все увидите, как говорится, на экране».
На грандиозную роль мадам Грицацуевой пригласили мужчину. В балете вообще с грандиозностью у женщин проблемы. У Станислава Ефимова к этой роли особое отношение.
Станислав Ефимов, танцовщик: «Поначалу каждый хочет станцевать героику, лирику, трагедию, драму. Когда этого становится уже достаточно, хочется попробовать что-то новое, такое, как амплуа "гротеск". И, конечно, венцом каждой карьеры является (для мужчин, по крайней мере) - попробовать сыграть женскую роль».
Будет и обратная ситуация. Роли юных беспризорников, требующих ключ от квартиры, где деньги лежат, достались ученицам балетной школы. Их в кадре, правда, нет. Но судьба их непроста: дети, как выяснилось, представления не имеют, кто такие беспризорники. Взрослым пришлось показывать им и киноклассику с "Двенадцатью стульями" и "Республику ШКИД".
Елена Тугаринова: «Все девочки будут играть мальчиков. Нужны соответствующие манеры. Не балетные, как их учили, а такие, которые надо сыграть. Еще интересно, что иногда на репетициях конфетками кормят. По сюжету».
С конфетами сложней у остальных. Постановщик и главный балетмейстер театра Валентина Лисовская не скрывает, что фонд оплаты труда такой, что размазывать его приходится тонким слоем, в том числе и на гостей, если они в силу хронической балетомании от вознаграждения не отказываются. Год культуры нынче такой.
«Сейчас выпускники разных колледжей и балетных курсов предпочитают петь и танцевать в ресторанах и на всяких шоу, чем работать. Труд артистов балета каторжный, тяжелый».
Но недочеты в зарплатных ведомостях во сто крат перекрываются ощущением победы над сложной задачей - перевести комедию на язык танца. И поддержкой зрителя, которая, уверены артисты, будет.