Один день на «Скорой помощи». Как работают медики в ковид-реалиях, когда нагрузка выросла в разы, сколько им за это доплачивают, кто решает, какой вызов важнее, записывают ли медики поведение пациентов на экшн-камеры и почему ночью машины «скорой» ездят со спецсигналами - в нашем специальном репортаже.
Утро. В «скорой» - тихо, все на выездах. На смену мы заступаем с Татьяной и Аленой. Первый вызов - ковид. Команда - экипироваться.
У каждой бригады с собой планшет. В будущем должен, но пока он не отменяет заполнения бумажных бланков. Алена говорит, к новой обязанности быстро привыкла.
Бригада знает - уехали, теперь неизвестно, когда вернутся на станцию. В октябре вызовов было вдвое больше, чем обычно. Пообедать удается не всегда.
Мы на месте. Пациент на восьмом этаже. Благо, работает лифт. Медики узнают: женщина болеет десять дней, температура не спадает, уже тогда легкие были поражены на 25 процентов. В квартире нам разрешают снять несколько планов.
Остается ждать. Как водителю Сергею каждую смену уже четверть века. Разговорились.
Мы с оператором остаемся в кабине водителя, она изолирована. Женщина-пациент хоть и спустилась сама, ее укладывают на носилки, надевают кислородную маску. Везем в семерку.
И опять - ждем. Поговорили с водителем о серьезном. Узнали, что зарплата у него - 24 тысячи в месяц, плюс ковидные выплаты. Успели и пошутить. Сергей рассказал: года полтора назад стал звездой интернета. Фото, на котором он в ковид-костюме, выложили в сеть. Тогда это вызывало шок.
- Скажите, люди уже привыкли к таким костюмам? Или пугаются до сих пор?
- Да привыкли. Уже обниматься лезут. А раньше обходили стороной, да.
Спустя минут 20 медики выходит одни. Пациентке сделали КТ, госпитализировали. По инструкции - проводим дезинфекцию автомобиля, людей, снимаем костюмы, закручивая их внутрь, упаковываем в красные пакеты, утилизируем.
Вот те самые минуты на отдых. Перевести дух, попить. Замечаем на куртке фельдшера камеру. По инструкции медик должен ее включать, когда зреет конфликт.
Оставим пока нашу бригаду. Есть минутка, чтобы пробежаться по самой станции. «Скорая» Иванова - это более 600 сотрудников. Больше половины - средний медперсонал, 200 фельдшеров, 60 врачей.
А это комната отдыха для мужчин. Здесь недавно сделан ремонт. Очень удобное время для ремонта, поскольку фельдшеров и врачей сейчас практически не бывает.
Это комната врачей. Врачи говорят, хорошо, когда есть полчаса, чтобы поспать. Но сейчас, в непростое время, 15 минут, чтобы размять ноги, полежать - уже счастье».
У Галины с Аленой пятнадцати минут нет. Успевают уточнить: тесты «скорая» не делает. Про семью рассказать не успевают. Через четыре минуты после окончания одного вызова - сигнал.
- О, у нас вызов пришел? Не ковид, надеюсь?
- Кохма, ковид-контакта нет, боль в груди.
Боль в груди, 37 лет. Медики набрасывают версии: в этом возрасте может быть и инфаркт, чаще - остеохондроз или гипертоническая болезнь, не исключена травма. Путь по пробкам. Сергей опять вспоминает про упреки о спецсигналах. Говорит, как не включить, если может не успеть. Не успеть спасти человека. Уложиться в норматив, потерять стимулирующие. Но, как отметили в «скорой», услышали просьбы населения. Ночью стараются включать только световой сигнал. Поясняют - хотя бы он необходим. По ночам тоже ходят люди, ездят машины, при этом пешеходы и водители менее внимательны, ДТП можно заработать на ровном месте. Но в целом, радуется Сергей, в Иванове «скорую» уважают.
Успели без сирен. Медики работают за закрытыми дверями. У пациентки - гипертоническая болезнь. На этот и любые другие случаи есть «тревожный чемоданчик». Там лекарства, ампулы, жгуты, тонометр, глюкометр, шприцы. Все, что фельдшеры могут найти с закрытыми глазами. За содержимым строго следит Галина Волкова.
Раскладку запомнила уже и Аня. Выпускница Кинешемского медучилища. Ее стаж работы на «скорой» - три месяца. Она в бригаде одного из опытнейших фельдшеров - Андрея Баклагина.
Молодежи на «скорой» стало много. Это и студенты, и выпускники колледжей и вузов. Дарья Басова - фельдшер, как и мечтала. В студенчестве, после занятий, она приходила сюда.
Это кабинет нового главного врача. Светлана Москвина заступила на должность весной. За это время несколько раз в соцсетях появлялись анонимные письма с критикой управленца. Открыто никто выступать не захотел. По словам руководства, обстановка в коллективе спокойна, рабочая.
Светлана Москвина говорит: любит цифры. Рассказывает: кадровый дефицит есть, но удалось увеличить штат и, соответственно, число бригад, что каждый день выходят на линию. Сейчас их 40. Десять - исключительно для транспортировки на КТ, 30 выезжает на вызовы. Благодарна - большинство сотрудников в эти непростые времена соглашаются выйти на смену в выходной, перенесли или сократили отпуска. Москвина в свою очередь говорит о повышении зарплат - за счет стимулирования подработок, наставничества, прохождения аттестационного экзамена. И даже эта зарплата, считает главврач, недостаточна.
Ковидные надбавки - это отдельная строка, не из бюджета «Скорой помощи». По словам персонала, они примерно равны среднемесячной зарплате. Светлана Москвина отметила: будет рассматривать варианты, чтобы заработок медиков продолжал расти. Но при этом, подчеркивает главврач, должны расти квалификация и опыт. Руководитель не скрывает - контролирует и работу персонала, и следит за соблюдением нормативов. В том числе по установленным в кабинете экранам.
Такие же экраны - в Единой диспетчерской службе, что на Станкостроителей. Все звонки из Иванова и области приходят сюда, но не все доходят до бригад. Нередко нужна просто консультация по телефону.
Вот те люди, что берут трубку, когда мы набираем 03. Раздается звонок - программа открывается автоматически. Сотрудник представляется, называет табельный номер и тут же уточняет адрес - на случай, если связь оборвется. Затем фиксирует все жалобы. Здесь все - с медицинским образованием. Это условие.
Система сама определяет категорию срочности, делает цветовые подсказки. Экстренные вызовы - травмы при ДТП, пожарах, роды, потеря сознания. На них бригада обязана приехать в течение 20 минут. Есть неотложные - повышение температуры, давления, обострение хронических заболеваний. Доезд на такие случаи не регламентирован. Когда, куда, какой бригаде ехать - распределяют здесь, в отделе эвакуации, сердце «скорой».
- По карте Глонасс, по карте 1С. Все видно на мониторе, где бригада находится.
- А количество свободных мест в больницах вы тоже видите?
- Да, количество свободных мест, я могу посмотреть ковидные места. Когда стационары закрываются, они нам сообщают об этом.
Жалобы есть и много: «скорую» ждали долго; «скорая» возила из больницы в больницу; врач «скорой» был груб и невнимателен. Везде человеческий фактор. И все же, говорят сотрудники, «спасибо» они слышат чаще. Тем более сейчас, когда тяжело всем. Например, чтобы помочь подчиненным замглавврача вечерами и по выходным выходит на дежурство в диспетчерскую в качестве старшего врача.
Работают сутки. Почти без отдыха. Выходят на дополнительные дежурства в выходной, отказываются от отпуска... Медики говорят, из «скорой» либо уходят через месяц, либо остаются навсегда.
«Помогать людям, это по-моему всегда хорошо. Каждый день улыбаемся. Приходим - улыбаемся, уходим — улыбаемся».
«Если человек пришел в эту профессию и он не один год работает, значит, он отсюда не уйдет и это его жизнь. Ну мы сами профессию выбрали. Ну вы придите к продавцу в «Магнит», спросите, он скажет, что так же устает, и я с ним полностью согласна».
Дарья Костина, Сергей Тютин, телекомпания «Барс»